Бывает такое странное чувство, когда пересматриваешь старую классику — вроде бы космос, железные дороги среди звёзд, ну полная фантасмагория, а щемит в груди по-настоящему. В этом коротком метре Лейдзи Мацумото умудрился сжать всю суть «Девять-девять-девять» до одной маленькой, но невыносимо грустной истории. Тот самый вагон-ресторан, бесконечная пустота за окном и официантка Клэр, чьё тело — просто хрупкое стекло, светящееся в полумраке.
Тут всё держится на контрастах. Мэйтел, как всегда, окутана своими тайнами и бесконечным мехом, Тэцуро со своим детским упрямством, и эта хрустальная девушка, которая отдала бы всё золото галактики, лишь бы снова стать изменчивой плотью и кровью. Это не про битвы в космосе, а про моменты тишины, когда поезд летит мимо мёртвых планет, и ты вдруг понимаешь, что вечность — штука довольно холодная.
Смерть здесь показана как-то буднично, без лишнего пафоса, отчего становится ещё неуютнее. Маленький эпизод, казалось бы, просто остановка в долгом пути к Андромеде, но после него остаётся какой-то фантомный звон разбитого стекла. Всё-таки в старой рисовке, во всех этих мягких линиях и специфических бликах, была какая-то душа, которую современные тайтлы часто теряют в погоне за чёткостью кадра. Коротко, ёмко и чертовски меланхолично.
