Две женщины, одна судьба и бесконечная череда выстрелов под тягучий оперный вокал — если описывать проект в нескольких словах, то как-то так. Здесь нет места пафосным современным спецэффектам, зато полно той специфической меланхолии начала нулевых, когда каждый кадр казался пыльным и пропитанным запахом пороха. Мирель живет в роскоши Парижа, профессионально нажимая на курок, пока однажды странное письмо от японской школьницы с пустыми глазами не переворачивает всё с ног на голову. Кирика не помнит ничего, кроме того, как убивать, и этот дуэт выглядит максимально странно, но пугающе органично.
Сюжет тут не пытается заигрывать со зрителем. Это скорее длинная прогулка по закоулкам памяти и старым европейским улочкам, где за каждым углом прячется тень тайной организации. Солдаты Пятой Эпохи, загадочные ритуалы и попытка понять, почему именно эти двое связаны древним именем «Нуар». Тут много молчат. Героини могут просто ехать в поезде или сидеть в кафе, и в этом молчании напряжения больше, чем в иных боевиках.
Всё пропитано каким-то фатализмом. Музыка Кадзиуры буквально въедается в подкорку, создавая ритм для танца смерти, в котором задействованы беретта и нож. Это история не про спасение мира — скорее про попытку найти хоть какое-то обоснование собственному существованию, когда твои руки по локоть в крови, а единственное, что ты умеешь по-настоящему хорошо — это прекращать чужие жизни. Мрачно, стильно и честно в своей жестокости.