Серые улицы, пропитанные запахом пороха и старой магии, — это не совсем тот сказочный фэнтези-мир, к которому нас приучили. Здесь скорее пахнет вековой ненавистью и заброшенными подворотнями. Главная парочка вызывает вопросы с первых же кадров: странный мужик с огромным гробом за спиной и девчонка, в чьих глазах плещется такая ярость, что становится не по себе. Гидо и Ашаф не играют в героев, они ведут свою охоту. Им не интересны спасения мира, ими движет вполне материальное проклятие и счеты с теми, кого здесь называют ведьмами.
В этом мире ведьма — это не добрая травница и не клише из детских книжек, а настоящая стихийная беда, способная переврать реальность под свои капризы. Конфликт тут строится не на пафосных речах, а на резких движениях, мрачной эстетике и ощущении, что за каждым углом прячется какая-то оккультная дрянь.
Магия выглядит грубо, почти физически ощутимо. Пока Ашаф меланхолично курит, Гидо бросается в драку с грацией разъяренного зверя. Их химия держится на контрастах и общем деле, которое явно плохо закончится для всех причастных. Это история про месть, обернутую в красивую готическую обертку, где за каждым вторым фасадом скрывается труп или древнее заклятие. Никаких розовых очков — только холодный расчет и очень много злой, первобытной энергии, запертой в человеческом теле.