Буквоежка: Первая любовь

Бывает такое странное чувство, когда весна вроде бы обещает что-то светлое, а на деле оборачивается какой-то щемящей, почти физической неловкостью. Тут всё началось с библиотеки, запаха старой бумаги и той самой тишины, которая либо сближает, либо пугает до чертиков. Миу — она как будто не из этого мира, вся в своих фантазиях, вечно что-то пишет, проживает сотни чужих жизней на листах тетрадки. А Коноха просто оказался рядом, такой обычный, приземлённый, вынужденный буквально «поедать» её тексты, чтобы хоть как-то коснуться того, что у неё внутри.

Это не та история, где все держатся за руки под сакурой и светятся от счастья. Здесь больше про изломанные линии, про то, как первая привязанность превращается в какой-то болезненный узел, который и развязать жалко, и затягивать дальше некуда. Ревность тут какая-то неправильная, липкая, смешанная с желанием полностью присвоить чужой талант, спрятать человека от всего остального мира в четырех стенах читального зала.

Всё крутится вокруг этих исписанных страниц, мелкого почерка и недоговоренностей, которые висят в воздухе густым туманом. В какой-то момент грань между литературой и реальностью просто стирается. Становится уже не совсем понятно: то ли это они живут, то ли просто исполняют роли в чьем-то очень грустном и немного безумном черновике, где финал еще не придумали, а чернила уже заканчиваются.