Бывает так, что зло захватывает миры исключительно по расписанию и согласно уставу. Вот сидит Мира, такой хладнокровный и расчетливый офицер из зловещей империи, подчиняет планеты, и тут перед ним материализуется она — Бьякуя, девочка-волшебница в облаке защитных чар и с какой-то запредельной, обезоруживающей неловкостью. Прямо посреди пафосной битвы что-то идет не так: вместо того, чтобы испепелить врага, офицер обнаруживает, что просто не может перестать на нее смотреть.
Тут не про великие свершения, скорее про странные, почти нелепые будни. Бьякуя едва сводит концы с кончиками, живет впроголодь и выглядит настолько хрупкой, что злодею вместо тактических планов приходится думать, как бы ее накормить или лишний раз не напугать. Получается такой уютный абсурд, где серьезная космическая диктатура буксует просто потому, что у главного исполнителя внезапно сердце забилось не в ту сторону.
Ритм у истории меланхоличный, но светлый — контраст между черной формой офицера и вечным смущением волшебницы создает какое-то особенное, чуть нескладное очарование. Конфликты решаются не заклинаниями, а короткими взглядами и неловкими паузами. Это тот случай, когда за противостоянием света и тьмы на самом деле прячется обычное человеческое тепло, которое пробивается сквозь любые бронированные доспехи.
