Бывает такое кино из старых запасов, которое сейчас смотрится странно, но затягивает именно своей угрюмой картинкой и ощущением чего-то безвозвратно ушедшего. Тут нет вылизанных спецэффектов, зато полно густых теней, вечного дождя и какой-то неуютной тишины, которую то и дело взрывает скрежет металла или крики. В центре всего — люди, если их еще можно так называть, наделенные силами, которые им явно не в радость. Это не геройство в плащах, а скорее проклятие, превращающее жизнь в бесконечную беготню по грязным подворотням и попытки просто не сдохнуть, пока за тобой охотятся те, кто сильнее.
Сюжет тут движется как-то рвано, не по учебнику. Вот вроде назревает конфликт, а в следующий момент всё тонет в меланхолии или внезапной жестокости. Чувствуется, что персонажи постоянно на взводе — это вечное ожидание удара в спину, недоверие и какая-то болезненная связь между теми, кто оказался в одной лодке. Противостояние выглядит не как шахматная партия, а как драка в тесном переулке: искры, телекинез, разбитый бетон и глаза, в которых застыл холод.
Для тех, кто соскучился по эстетике девяностых, где город кажется живым и враждебным организмом, здесь найдется свое очарование. Минимум лишних слов, максимум атмосферы безнадеги и того самого драйва, когда понимаешь — счастливого финала может и не быть, но оторваться от экрана всё равно не получается. Вроде всё знакомо, но подано с таким надрывом, что невольно прощаешь и некоторую угловатость, и специфический ритм повествования. Простая история про то, как трудно остаться собой, когда внутри тебя сидит нечто просящееся наружу.